Рынок будущего для шведского банка

Марис Манчинскис: «Сейчас доля России в коммерциале Swedbank составляет менее 1%, посредством три-четыре года мы планируем повысить ее до 5%»

Swedbank, входящий в одноименную шведскую финансовую группу, прошлым летом попал в неприятную ситуацию: решением ЦБ у него была "заморожена" лицензия на осуществление банковской деятельности.

На нынешний день конфликт между банком и регулятором исчерпан, Swedbank не только возродил в полном объеме свои "старые" операции, но и занялся новыми - в свое время всего ипотечным кредитованием. О своем видении перспектив российского ипотечного рынка, причинах конфликта с регулятором и о ситуации на потребительском рынке кредитования рассказал в беседа "БО" председатель правления OAO Swedbank Марис Манчинскис.

- Swedbank относительно недавно присутствует в России, и уж окончательно недавно банк принял вывод о своем превращении в универсальную банковскую структуру. Разрешается ли уже свершить первые выводы: сколь русский рынок является для Swedbank специфическим и здорово ли он отличается от других развивающихся банковских рынков?

- Я бы не сказал, что российский рынок шибко отличается от аналогичных рынков в странах Восточной Европы или в странах СНГ. А вот если хватать развитые европейские рынки, то отличалка колоссальная: в Европе, где Swedbank давнехонько является одним из ключевых игроков, все уже поделено: и сферы влияния, и клиенты.

Люди привыкли к своим банкам, и чтобы "увести" их от конкурента, финансово-кредитным структурам приходится всегда изобретать новые продукты и эксклюзивные программы лояльности. Зачастую и эти продукты, и эти программы ориентированы на весьма узкий круг клиентов - например, врачей или журналистов.

- Да, российские банки о подобных "изысках" покуда не задумываются.

- У них нет потребности в этом. Тут в то время как клиентская база не только не поделена, но более того не "освоена". Отсюда, собственно говоря, и та свобода, которой пользуются российские банки при определении своей ценовой политики.

В европейских странах приподнять тарифы на какие-то виды банковских услуг на практике невозможно, вследствие того что что конкуренция между банками крайне жесткая, и риск потери клиентов в этом случае многократно возрастает. Даже в нынешней ситуации, когда мировая банковская организация страдает от последствий ипотечного кризиса в США, ставки по ипотечным кредитам в Европе остаются на сильно низком уровне: 30 базисных пунктов над ставкой Libor.

- А если забирать упомянутые вами страны Восточной Европы и страны СНГ?

- В восточноевропейских странах рынки, конечно, сильнее насыщены банковскими услугами, чем в России. Если же брать страны СНГ, а инвесторы типично обращают чуткость некогда всего на Украину и Казахстан, то особых различий между ними и Россией не наблюдается.

- Даже от Казахстана? Но потому что казахский банковский рынок завсегда ставят России в образец как больше "продвинутый" и развитый.

- Я бы сказал - вечно ставили России в пример. В настоящее время это вряд ли будут делать. Недавний кризис ликвидности на международных финансовых рынках затронул банковскую систему Казахстана куда сильнее, чем банковскую систему России.

- Может, это как раз и стало оборотной стороной высокого развития казахского рынка? Он оказался более "вписанным" в мировую финансовую систему?

- Думаю, все проще: казахские банки привлекали шибко навалом средств на международных рынках капитала. В пропорциональном отношении значительно больше, чем привлекали российские банки. Сейчас из-за кризиса рынки капитала не то чтобы закрылись, но весьма урезали рефинансирование.

В результате цена заемных средств для казахских банков выросла очень очень - я думаю, намного сильнее, чем ставки заимствования для России. Так что, многие казахские банки, очевидно, будут в обозримом будущем проверять серьезные проблемы не только с доходностью, но и с уровнем ликвидности.

Россия - ныне 1%, завтра 5%

- Вернемся к деятельности Swedbank в России. В принципе шведский банк - не сверх меры частое явление на нашем рынке; складывается впечатление, что скандинавские финансовые группы в принципе не в особенности интересуются пока нашим рынком. Что побудило вашу финансовую группу инициировать работу здесь?

- Я бы не сказал, что скандинавы обходят Россию стороной: как раз напротив - из шести крупных банков, работающих на шведском рынке, в этом месте в той или другой форме присутствуют все шесть. Другое дело, что наиболее заметными из них являются те финансовые группы, которые занимаются розницей. То есть в прошлом всего Nordea, которая долгое миг присутствовала здесь сквозь Международный Столичный банк, а ныне присутствует через Оргрэсбанк, и, конечно, Swedbank.

Что касается причин нашего выхода на российский рынок, то главная из них - тяготение усилить доходы финансовой группы. Я уже говорил, что в Швеции, которая является одним из наиболее развитых европейских банковских рынков, эта проблема тяжко выполнима. В результате перед банками, работающими и здесь, и в других европейских странах, встает вопрос: что делать?

Ответ очевиден - либо сокращать расходы и таким путем увеличивать свою прибыльность, либо выискивать новые источники доходов. Обе стратегии имеют право на существование, но наша группа выбрала второй вариант.

Поэтому мы с 1999 года стали обращаться из чисто шведского банка в международный банк: были открыты филиалы Swedbank в США, Великобритании и Китае, приобретен контрольный пакетик крупнейшего прибалтийского банка Hansabank. И, наконец, мы начали действовать на российском рынке, который, с нашей точки зрения, является очень перспективным и многообещающим.

- То есть сегодня коммерциал Swedbank условно не возбраняется поделить на три части: международное направление, Прибалтика и Россия?

- С единственной поправкой: Швеция, Прибалтика и Россия. Естественно, основная доля коммерциала пока приходится на долю Швеции, которая является очень стабильным, но не чрезмерно высокодоходным рынком. Ежегодный увеличение здесь составляет максимум 2-3%.

Следующий по размеру блок - рядом 25% от общего объема бизнеса Swedbank - это страны Балтии, где рынки как раз растут очень быстро: в среднем 50-80% в год. И третий блок - так называемые рынки будущего, к числу которых мы раньше всего относим Россию и Украину.

- И какую долю "выбирают" эти рынки будущего в бизнесе банка?

- Пока очень незначительную, в пределах 1%. Если общие активы группы составляют порядка 160 млрд евро, то в России эти наши активы составляют не более 1 млрд. евро.

- Это активы российского Swedbank?

- Нет, это в принципе все активы группы, вложенные в Россию, не только активы "дочки" группы.

- Но, наверное, в среднесрочной стратегии развития банка планируется значительное повышение этой доли?

- Да, мы планируем, что на глаз через пять лет Рф будет занимать в нашем бизнесе возле 5%.

- И такого показателя вы планируете достичь за счет интенсивного развития "дочки" Swedbank в России? Не за счет приобретения одного или нескольких национальных банков?

- Могу произнести одно: в ближайшие два года мы новых приобретений на российском банковском рынке не планируем. Что будет дальше, посмотрим. Пока же у нас есть потенциал для того, чтобы развивать свойский бизнес на основе дочерней структуры Swedbank в России.

- Немного нетрадиционный подход для иностранного банка, да ещё для такого, тот, что собирается ступать в "розницу". Вас не устраивают коэффициенты, которые в текущее время формируются при покупке наших банков, или легко нет активов, которые отвечали бы вашим требованиям?

- Пожалуй, и то, и другое. Коэффициенты воистину высоки, и в то же период реально нет банков, которые в случае приобретения могли бы основательно продвинуть свой бизнес вперед. Конечно, существует полно финансово-кредитных организаций, которые уже год-полтора находятся в "предпродажном" состоянии, они нацелены как раз на привлечение иностранного стратегического инвестора.

Однако свойство этих активов нас не устраивает; в большинстве случаев там есть только пригожий отремонтированный фасад, и ничего более серьезного.

- Но чтобы раскусить это, надобно было серьезно присматриваться к этим "отштукатуренным" банкам. Значит ли это, что Swedbank все-таки в первую очередь планировал "прирасти" российским активом?

- Мы без затей просчитывали эффективность обоих путей - интенсивного развития бизнеса группы и развития через приобретение национального актива. Выбрали первый. Кстати, на принятие решения повлиял пример нашего соотечественника - группы Nordea.

Ее бизнес в России в текущий момент грубо равен коммерциалу Swedbank. И это, несмотря на то, что Nordea приобрела Оргрэсбанк, а свойский банк начал выстраивать наш бизнес здесь только два года обратно и практически с нуля.

Не было бы счастья, да кризис помог?

- Свой выход на российский рынок розничных банковских услуг Swedbank решил активизировать с ипотеки. Понятно, что заключение принималось заблаговременно, но запуск продукта, похоже, произошел не в лучшее время.

- А по-моему, как раз сейчас очень успешный момент. До этого ипотекой занимались все кому не лень, а в настоящий момент позволительно ожидать, что рынок...

- ... немножко "зачистится"?

- В определенном смысле, да. В России до кризиса ипотечным кредитованием, конечно, бойко занимались крупные национальные банки и "дочки" иностранных структур. Плюс к этому достаточно высокую активность показывали банки поменьше, которые выдавали кредиты, а вслед за тем продавали свои кредитные портфели финансовым структурам покрупнее.

В целом это совсем нормальная практика. Но наряду с этим были и банки, которые на волне роста рынка пытались "урвать" кусок, не излишне заботясь при этом о качестве своей кредитной политики, и о том, смогут ли они привлекать средства для рефинансирования кредитов. Теперь некоторым из таких банков, возможно, придется с рынка уйти. И это, с нашей точки зрения, создаст неплохие условия для выхода на рынок нового игрока в лице Swedbank.

- Но крупные банки также сетуют на ухудшение условий работы на ипотечном рынке из-за кризиса ликвидности. А у российской "дочки" Swedbank, получается, стопроцентный иммунитет на подобные явления?

- Нет, конечно, для нас заемные средства тоже становятся более дорогими, так как теперь они дороже достаются нашей материнской компании. Но на клиентов мы пока это удорожание не переносим.

- "Дочка" иностранного банка может разрешить себе такую роскошь, ведь, даже несмотря на современный кризис ликвидности, ваша материнская архитектура заимствует средства по ставкам, которые, наверное, в два раза ниже, чем средние ставки по ипотечным кредитам в России.

- Нет, такого разрыва между стоимостью заемных средств, которые мы получаем, и величиной ипотечных ставок нет. Мы в группе работаем по следующему принципу: материнская группа кредитует нас на тех же условиях, на которых российские банки привлекают средства на рынках капитала.

- Но российские банки занимают средства по самым разным ставкам, в зависимости от того, какими рейтингами они располагают. С кем же из российских банков вы сопоставляете себя, когда речь идет о получении заемных средств от "матери"?

- Ну, не со Сбербанком, наверное, но с ВТБ, Альфа-Банком - в общем, с банками, имеющими на сегодняшний день наиболее высокие рейтинги посреди российских финансово-кредитных структур.

- То есть убеждение, что материнская структура дает "дочке" денежки безвозмездно, то есть даром - это иллюзия? Или подобная практика кредитования по более высоким процентам применяется только в группе Swedbank?

- Нет, это нормальная ситуация, когда речь идет о выстраивании отношений между "матерями" и "дочками". Подобные правила устанавливаются для того, чтобы дочерние структуры были более самостоятельными и, конечно, более эффективными.

- Вернемся к ипотечному рынку. Сейчас никто не рискует предсказывать, сколь продлится кризис на ипотечном рынке в США и кризис ликвидности на рынках капиталов. Если события будут рскручиваться по пессимистическому сценарию, каких неприятностей, с вашей точки зрения, следует дожидаться нашему банковскому рынку?

- На мой взгляд, особенно никаких. Да, стоимость средств возрастет; да, возможно, некоторым банкам придется оставить с рынка ипотечного кредитования и, возможно, ставки по ипотечным кредитам несколько возрастут.

Однако на доходности банковского бизнеса в России это в среднесрочной перспективе вряд ли сильно отразится. Чтобы увериться в этом, довольно бросить взгляд на то, какую отдачу на свой доход имели в последние несколько лет банки, входящие в топ-30 или в топ-50. Возможно, что эти показатели под влиянием событий на внешних рынках мало снизятся, но безупречно очевидно, что сильно они не упадут.

- В последнее пора эксперты страсть сколько рассуждали о том, может ли америкосский ипотечный кризис повториться в России. В качестве аргумента "за" приводили тот факт, что наш рынок выстроен по американской модели. Вы, судя по всему, эту точку зрения не разделяете?

- Конечно, не разделяю. В США так произошло потому, что ипотечные компании, стремясь притянуть новых клиентов, предоставляли кредиты на супер-льготных условиях. Доходило до смешного: от года к году объем задолженности клиента не сокращался, а увеличивался!

То есть джентльмен погашал не центровой долг, а только проценты по нему, да и то не полностью, а частично. Иногда, глядя на это, даже поражаешься: как же могли творческие люди, разработавшие такие продукты, запамятовать о самых базовых принципах риск-менеджмента!

- Действительно, любопытно - как же они шли на этакий риск?

- А что остается работать на рынке, который уже давно по сути дела не растет? Зарабатывать-то хочется!

- Ну, в таком случае России кризис по американскому сценарию впрямь пока не грозит: наш ипотечный рынок еще долговременно будет расти.

- Вот именно. Конечно, в среднесрочной перспективе он вряд ли будет показывать 100-процентный рост, который демонстрировал в последние несколько лет и показывает сейчас. Это сказывается результат низкой базы, который со временем сойдет на нет.

Но и стагнировать он начнет еще очень и очень не скоро, оттого у российских банков еще длительно не возникнет потребности в изобретении высокорискованных ипотечных продуктов.

Потребкредиты как следующий шаг на пути к "универсалу".

- Итак, Swedbank будет вкалывать в России на рынке ипотеки и будет развивать родное "старое" ориентация - корпоративный банкинг. Но этого мало для того, чтобы сделаться универсальным банком, а оттого что аккурат такую задачу группа ставит перед своей российской "дочкой".

- Конечно, мы не собираемся стопориться только на ипотеке. Она для нас будет первым шагом по развитию розничного бизнеса в России в целом. Мы планируем следом заняться и потребительским кредитованием, и привлечением вкладов - собственно, эту услугу мы предлагаем клиентам уже сейчас, а кроме того - кредитными картами и интернет-банкингом.

- А отчего все-таки первопроходцем на рынок розницы стала как раз ипотека?

- По ряду причин. Первая - группа Swedbank является лидером по этому направлению во всех странах своего присутствия. То есть тот самый продукт для нас понятен и прост. И второй миг - выдача ипотечных кредитов не требует, чтобы у банка наличествовала филиальная сеть.

Клиент поедет куда угодно за ипотечным кредитом, так как это, по определению, будет разовый визит и потому как здесь очень важны условия кредитования. Но он вряд ли поедет через весь городок затем, чтобы принять потребительский кредит, а предпочтет банк, который окажется поближе к его дому или работе. Даже в том случае, если условия здесь будут менее привлекательными, чем в банке, у которого в городе только единственный офис.

- То есть все-таки речь идет о необходимости творить филиальную сеть.

- Безусловно, и такая задача в стратегии развития банка сформулирована. Сейчас как раз идет ход приобретения помещений, их оборудования, ремонта и т.д. Уже в следующем году у нас появится несколько новых точек продаж, и тогда мы сможем предложить нашим клиентам большую линейку продуктов и услуг.

- А будущность выдавать потребительские кредиты в торговых сетях банк не привлекает?

- Нет, мы собираемся кредитовать с помощью пластиковых карт. Предоставление средств на покупку утюгов и телевизоров в наши планы не входит.

- Из-за высоких рисков? Или Swedbank принципиально не занимается экспресс- кредитованием?

- Нет, Swedbank как раз очень живо занимается предоставлением таких займов в Швеции и в странах Балтии. При всем при том в России, с нашей точки зрения, на этом сегменте рынка уже достаточно игроков.

- А в сегменте классического потребительского кредитования их еще недостаточно?

- Да нет, тоже достаточно, но здесь работает иной принцип: клиент заинтересован обретать все услуги в одном банке. Ипотечные заемщики, скорее всего, со временем захотят забрать кредиты на обстановку купленной квартиры, на проведение в ней ремонта и т.д.

- Но и на этот рынок Swedbank, похоже, выйдет не в самое удачное время: затем вступления в силу инструкции ЦБ Россия от 1 июля на сверхприбыли банкам-участникам рынка потребительского кредитования уже сложно рассчитывать.

- Я думаю, что, несмотря на это, маржа здесь останется довольно высокой. А что касается июльской инструкции, то нужно понимать: до времени или поздненько она все одинаково бы появилась, потому что что такова практика банковской деятельности в всякий стране - и в России, и в Евросоюзе.

Заемщик, берущий потребительский кредит, не в силах независимо понять во всех комиссиях, инкорпорированных в договор, и соответственно, не в силах обусловить реальную стоимость заемных средств. Потому во всех странах регуляторы достаточно жестко контролируют этот сегмент.

- То есть вас не пугают "наезды" регуляторов на крупнейшие и жутко известные "потребительские" банки? Это тоже нормальная практика?

- Это вопросительный мотив исполнения закона. Мы с подобными проблемами не сталкивались.

- Да, Swedbank сталкивался с ЦБ в рамках иной проблемы. Лицензию вам удачно "разморозили", но не произошло ли как в анекдоте: ложки нашлись, а осадок остался!

- Нет. Несложно мы - свежий игрок на рынке и, возможно, когда пришли сюда, были не вовсе готовы к тому, насколько высок здесь порядок присутствия сомнительных финансовых схем на рынке и, соответственно, насколько жестко этот рынок регулируется.

Возможно, мы не до конца осознавали и другое: нам придется игрывать по общим правилам и требования к нам со стороны регулятора будут такими же жесткими, как и его требования к российским банкам. Думаю, что по мере роста нашего бизнеса здесь будет вырастать и взаимопонимание между нами и регулятором.

Keywords: